А ты бывал в аду?

Назад

Запах крови, грязи и пота, смешанных в причудливый сумбур из человеческих тел и душ, стремящихся в судорожных попытках вырваться из-за колючей проволоки. Где-то там далеко и высоко — безмятежное голубое небо и яркое, лучистое солнце. Вокруг же — преисподняя, не иначе.

Советские немцы… Несправедливо обвинённые в пособничестве нацистам, лишённые всего в одночасье и высланные, если не на верную гибель, то однозначно на каторгу. Кошмарные тоталитарные практики, грандиозная национальная катастрофа, разрушенные судьбы, голод, смерти, нищета… И, как венец всем несчастьям, — клеймо «фашисты» — на долгие годы.

«Жизнь, конечно, это благо,
Если нет в той жизни зла,
Но в бараках «ТагилЛАГА»
Жизнь мне тягостной была…
Сердце страшными рубцами
Покалечено давно,
И навеки подлецами
Все оплевано оно».
А.Лир, «Сыновьям»

Казалось, всего этого просто не должно было существовать, потому что оно противоречило основам гуманизма и человеческой природы. Но, к сожалению, судьба, а с ней и Люцифер, не предоставили других сценарных вариаций.

…Несколько лет назад не стало Лидии Александровны Шмидт. В Железинском районе Павлодарской области этого добрейшей души человека знали и уважали многие: ветеран труда, труженица тыла и «трудармейка», она выросла в многодетной семье Лоренц. Отец Лидии Александровны был железнодорожником, мать — домохозяйкой. Перед началом Великой отечественной войны Лидия успела окончить семилетку, затем её вместе с родными и близкими отправили в Казахстан.

Фабула жизненной драмы семьи Лоренц-Шмидт, полагаю, не станет мировоззренческим откровением ни для кого: в середине прошлого века насильственной депортации подверглись сотни тысяч советских немцев. Их без разбора погрузили в теплушки и повезли в сторону Средней Азии. Спустя три месяца тех, кто выжил, выгрузили в степи: голодных, замёрзших и тифозных.

Новым домом для Лидии Шмидт и ее семьи стала казахстанская земля: обустроились в селе Береговое Урлютюбского района (ныне — Железинского, — прим.). Один немаловажный штрих — местные жители, несмотря на то, что сами порой недоедали и находились перед лицом неизбежной голодной смерти, делились с депортированными немцами кое-какой едой. В четырнадцать лет, будучи худющей и болезненной девчонкой, Лидия Александровна пошла работать. Вкалывала, как мужик — приходилось делать всё своими руками.

В 1943 году в дом к семье Лоренц нагрянули из райвоенкомата и сообщили, что шестнадцатилетнюю Лидию ждёт трудармия в деревне Крутая (Коми АССР). Об испытаниях, с которыми ей пришлось столкнуться в ссылке, женщина не любила вспоминать. Сначала заключённые жили в палатках, затем своими силами построили общежитие. Мужественно корчевали таёжные деревья, заливали раствором фундамент для установки нефте-газовых вышек… В общем и целом многие понимали, что несмотря на недоедание, тяжелый до изнеможения труд и издевательства, необходимо было выжить и вернуться к своим родным.

В 1947 году трудоармейка возвратилась обратно в с.Береговое. Как выяснилось, ее мама, не выдержав жизненных трудностей, умерла, — для Лидии Александровны это было вдвойне горько и обидно. Казалось, судьба настырно продолжала проверять её на прочность…

В послевоенную пору, не менее сложную, чем годы войны, женщина бралась за любую работу: занималась посевной, уборкой хлеба и сенозаготовками, трудилась поваром и дояркой. Вышла замуж, родила и воспитала двоих сыновей, и никогда не стыдилась транслировать истинные человеческие ценности: сострадание, уважение, любовь… причём, не только к людям, но и к музыке. Лидия Шмидт практически никогда не расставалась с песней, была активной участницей хора при районном Доме культуры. Кроме того, дважды избиралась делегатом съездов трудармейцев, проходивших в Алматы.

А ещё Лидия Александровна то и дело повторяла: мол, среди трудармейцев было немало отважных и порядочных людей – давайте помнить их!..

Марина Ангальдт

Поделиться ссылкой:

x

Яндекс.Метрика
X